В качестве приветствия между студентами и преподавателями здесь часто звучит “Слава Иисусу Христу”, а в аудиториях столько же студентов в обычной одежде, сколько и семинаристов в рясах. В этом учебном заведении готовят богословов, имеется экуменистический и катехизическо-педагогический факультеты, а также иконописная мастерская.

И тем не менее совсем не профильный, не столичный и даже не светский вуз — львовский Украинский католический университет (УКУ) — стал одной из лучших площадок в стране по подготовке журналистов, а также бизнес-управленцев. Этот успех тем удивительней, что возраст УКУ — всего 13 лет.

Епископ Борис Гудзяк — первый ректор, а теперь президент УКУ — в своей недавней колонке для НВ написал, что университет, формально ставший продолжением Львовской академии богословия, по сути, начинался с нуля — без материальной базы, преподавателей, программ и студентов. И это даже помогло.

“Когда у тебя ничего нет, тебе нечего терять. Ты свободен и готов к любому подвигу”,— вспоминает Гудзяк. Добавило свободы и то, что поначалу мало кто воспринимал проект такого университета — основанного на деньги благотворителей и с богословской направленностью — всерьез.

Скептики ошиблись — УКУ превратился в серьезного игрока на рынке. Теперь в небольшом львовском вузе, который порой даже не попадает в университетские рейтинги из?за своей камерности, преподают 120 штатных и десятки приглашенных специалистов, среди которых есть и бывшие министры, и известные журналисты. В прошлом году только на государственных дипломных программах здесь училось более 700 студентов, а за все годы УКУ выпустил 1065 бакалавров и 948 магистров.

Вуз прославился своими новациями в сфере образования — именно здесь масштабно запустили в практику обучения лекции приглашенных гостей со всего мира и искоренили коррупцию. А самым точным показателем постоянного развития вуза стало затеянное здесь масштабное строительство современного студенческого городка, в котором уже готовы два корпуса.
“Мы не создаем Гарвард, но [делаем] альтернативу Польше и Москве”,— говорит о рыночной нише УКУ Игорь Балинский, основатель и руководитель Школы журналистики университета.

Основа основ

Слово католический в названии — дань происхождению университета, основанного Украинской грекокатолической церковью, а совсем не описание ключевого признака, по которому происходит отбор студентов и преподавателей в УКУ. Иначе и быть не может в вузе, где факультеты с богословской направленностью соседствуют со вполне светскими.

“Мы открыты для людей, которые исповедуют другие религии или даже никакую,— уверяет Тарас Добко, первый проректор университета.— Наша специфика в том, что мы ожидаем уважения к ценностям христианства и учению католической церкви”.

Людям, относящимся к христианству враждебно, Добко идти в УКУ не советует, считая, что таким студентам “будет трудно понять и принять мировоззренческое предложение университета”.

Проявлений религии в УКУ хватает: на территории студенческого городка возводят большую церковь Святой Софии, а в учебных корпусах занимаются семинаристы и находятся каплицы, в которых ежедневно проводят службы. Однако философия УКУ — прививать, но не навязывать.

Христианские ценности тут внедряют не только и не столько на уровне теории, но и на практике. Например, УКУ — едва ли не единственный украинский вуз, где среди студентов очного отделения есть люди с ДЦП и слепотой. Их селят вместе с другими учащимися. А на каждом этаже общежития-коллегиума живет семья священника. Обязательно с детьми. Так будущим магистрам богословия и журналистики внушают сострадание и терпимость, подают пример.

Кстати, живут и учатся будущие богословы и медийщики вместе.

“Это такой взаимно обогащающий и проникающий опыт”,— полушутя-полусерьезно комментирует подобное соседство Отар Довженко, медиакритик и преподаватель кафедры журналистики и медиакоммуникаций УКУ. И уже серьезнее добавляет, что после продолжительных бесед с богословами некоторые студенты-журналисты меняют свои взгляды на религию и многие другие вещи.

УКУ необычен еще и тем, что здесь существует три табу, которые распространяются на весь вуз. Это коррупция, плагиат — переписывание чужих работ — и три хвоста, то есть три незакрытых задолженности.

Взяточничества, такого привычного для отечественных высших учебных заведений, тут не существует. Просто потому, что Борис Гудзяк, основывая УКУ, изначально поставил вопрос так: “А почему мздоимство вообще должно существовать?”

При этом зарплаты сотрудников университета нельзя назвать очень высокими — в районе 5–10 тыс. грн. Плюс иногда им достаются стипендии за участие в различных программах и курсах.

Все дело — в престиже и мотивации сделать качественный продукт. “Для меня это работа — не для заработка”,— говорит по этому поводу Довженко, которого будущие магистры журналистики уважают — и за строгость, и за высокий уровень знаний и требований. Обожаемый студентами Балинский также называет свою работу в УКУ посвящением.

Печатный двор

Кроме правила трех табу, богословия и демократической атмосферы, у УКУ есть и другие визитные карточки. Одна из них — журналистика.

Магистерскую программу по этой специальности с самого начала возглавляет Балинский, много лет проработавший преподавателем Львовского университета им. Франко. В УКУ он выпустил уже три курса студентов и сейчас учит четвертый. Недавно журналистская школа расширилась — добавилась магистерская программа медиакоммуникаций. В планах Балинского — открытие программы политических коммуникаций.

Журналистика в программе вуза появилась неслучайно. Руководство УКУ мечтает, чтобы их вуз стал альтернативой российским и польским университетам. Об отечественных речь не идет — наверное, потому, что конкурентами их здесь не видят: слишком разный подход к обучению.

В УКУ, например, принципиально нет заочного образования — здесь уверены, что такая форма обучения бессмысленна и неэффективна.

Университет эффективно сотрудничает с известными украинцами, причем предпочтение отдает не теоретикам, а практикам. И приглашает в качестве лекторов еще и авторитетных иностранных экспертов, что, к слову, всегда обходится вузу недешево.

Так, лекции будущим журналистам читают самые известные медийщики России, Польши, Германии и США. А среди штатных преподавателей, например, бывшие репортеры Украинской правды и ныне депутаты Сергей Лещенко и Мустафа Найем.

“Это лучшая школа на сегодня,— считает Лещенко.— Построенная по правильной западной модели, когда образование журналиста длится не шесть лет, а два года”.

В УКУ, по его мнению, у будущих журналистов самый строгий отбор и лучшая техническая база. “И там самые мотивированные журналисты”,— добавляет он.

Правда, Балинский уверяет, что его целью не является выращивание звезд — важнее поднять общий уровень образованности и профессионализма в ремесле.

В Школе журналистики УКУ также культивируют демократичность в отношениях между студентами и преподавателями. Более того, первым дано право ежегодно при анонимном анкетировании оценивать своих учителей. И результаты опроса действительно влияют на кадровую политику руководства вуза.

Этот учебный год для Школы журналистики особенный — почти не поступали студенты из Львова, зато набрали много ребят с востока Украины. Это отчасти сознательный шаг.

Например, прошлой осенью студентом стал Роман Губа. Он уроженец Красного Лимана Донецкой области. Учился в университете печально известного Славянска, когда туда пришли боевики.

Парень выложил в сеть видео о происходящем в городке, и уже на следующий день вооруженные люди пришли за ним в общежитие. Без документов и вещей Губа бежал. Приютили его в УКУ, где ранее он посещал лекции и мастер-классы. Стал студентом магистерской программы и учится за деньги компании Киевстар, предоставившей ему стипендию на обучение и проживание.

За счет того же мобильного оператора осваивает журналистику в УКУ и Виктория Топол, экс-студентка Донецкого университета.

Вообще, из 23 студентов школы нынешнего курса стипендии получают 15 человек. Впрочем, учеба тут и так стоит не очень дорого — 12 тыс. грн за год. В новом учебном году будет на 3 тыс. грн больше. Но все равно это дешевле, чем расценки, например, Киево-Могилянской академии: там аналогичный курс в прошлом году стоил 20 тыс. грн.

Школа бизнеса

Кроме магистерской программы по журналистике, УКУ славится и бизнес-школой (LvBS), которую вот уже семь лет как возглавляет София Опацкая. До этого она была руководителем программ МВI в столичной Могилянке, а потом друзья предложили ей создать такой же курс во Львове на базе УКУ.

“Я сперва спросила, а разве там не только богословию учат?— вспоминает она.— А когда стала изучать вопрос, оказалось, что много известных бизнес-школ во всем мире основаны именно на базе католических университетов”.

В УКУ к идее основать бизнес-школу отнеслись с интересом и по-деловому прагматично. В результате сегодня это та школа, которая приносит вузу деньги на обучение другим специальностям. Здесь почти нет стипендий, а стоимость некоторых курсов доходит до 260 тыс. грн в год. В том числе и благодаря этому университет может позволить себе обучать тех же журналистов за 12 тыс. грн при себестоимости в 65 тыс. грн в год на каждого студента.

Ежегодно учебу в LvBS в том или ином формате проходит около 2.000 человек. Это притом, что у магистерских программ бизнес-школы нет диплома гособразца. Но студентов это мало волнует. Для них ценнее получаемые знания, опыт и контакты. Спрос на бизнес-образование от УКУ есть даже сейчас.

“Инвестиция в себя — лучшая инвестиция. Особенно во времена кризиса”,— объясняет Опацкая желание потратить деньги на дорогое образование, несмотря на трудную финансовую ситуацию. Юлия Шилкевич, глава западноукраинского филиала кадрового холдинга АНКОР, говорит: подход руководства LvBS к процессу обучения помогает уверенному росту популярности школы.

В кризис инвестированием в себя занимается и сам университет. В вузе планируют открывать новые направления для обучения — до 2020 года здесь появится бакалаврская программа по компьютерным наукам, а также по социологии. А еще — школа публичного управления.

Деловая жилка

LvBS далеко не единственный источник финансирования УКУ. Официальный отчет университета за 2013 год показывает: главными его спонсорами являются европейские фонды (35% от годовой суммы дохода) и американцы — религиозные организации, украинские диаспорные структуры, фонды и отдельные благотворители из США (34%). Из Украины УКУ получает только 9% дохода. Общий годовой операционный бюджет в 2014 году — 39 млн грн.
Основная часть средств — 39% — идет на учебные программы. Вторая по важности статья расходов — хознужды, на которые приходится 21% затрат.

В УКУ хотят, чтобы в будущем соотношение изменилось: половину доходов здесь планируют получать от оплаты студентов за обучение, предоставления других услуг, а также от государства в качестве оплаты за обучение лучших выпускников страны, что стало возможным после принятия нового закона о высшем образовании. А в плане частных жертвователей сделать ставку на стабильные фонды, как в Гарварде.

“Мы не планируем стать университетским предприятием. Но намерены быть максимально предприимчивыми”,— объясняет Добко.

Впрочем, вовсе не окупаемость является главной целью УКУ на перспективу. Здесь берут выше.

“Для нас вопрос не только и не столько в том, чтобы основать небольшие хорошие школы, например, бизнеса и журналистики, а чтобы повлиять на всю систему целиком, изменить ее к лучшему”,— резюмирует первый проректор.

Материал опубликован в №11 журнала Новое Время от 27 марта 2015 года